logo
Авторская песня Виктора Цоя

2.3 Песни Виктора Цоя

Все песни Виктор Цой сочинял сам. В отрыве от музыки слова кажутся довольно простыми. Но это были не стихи, а именно тексты песен. Особенным в них было то, что романтические и высокие образы сочетались с реалистичными, бытовыми миниатюрами из жизни. Почти каждое слово в песне было символом и несло двойной смысл. Для поэта было важно, чтобы его творения достигали какой-то определенной цели, высшей точки осознания, чтобы их хотелось слушать.

Сначала темами творчества становились какие-то личностные проблемы, переживания. Зачастую Цой просто переносил на бумагу свои чувства и мысли, которые крутились в его голове, накладывал на них музыку, и рождалась песня; иногда было наоборот: возникала мелодия, а затем - слова.

« Как появляются ваши песни? Это для меня загадка. Я не знаю... Я начинаю играть. Потом появляются слова...» Из интервью газете «Советская молодежь», №12, 1984г., - признается Цой.

Позже настроение песен переходит к чему-то глобальному, важному не только автору, но и всем остальным. И чувствуется, что устами Цоя поёт всё поколение.

Цой высказывается: «А как вы считаете, какие песни о проблемах молодежи нужно писать? - Понимаете, я пишу песни не потому, что нужно, а потому, что меня лично волнуют проблемы. Вот как раз, когда «нужно», получается нечестно. А если меня не волнует какая-то проблема, если не почувствовал то, что меня задело, - я не могу писать песню» Из интервью газете «Аргументы и факты»

Самой гениальной и узнаваемой песней по праву можно считать «Звезда по имени Солнце»: на ней выросли наши родители, ее до сих пор знают наизусть и поют с огромным удовольствием.

Белый снег, серый лед,

На растрескавшейся земле.

Одеялом лоскутным на ней -

Город в дорожной петле.

А над городом плывут облака,

Закрывая небесный свет.

А над городом - желтый дым,

Городу две тысячи лет,

Прожитых под светом Звезды

По имени Солнце...

И две тысячи лет - война,

Война без особых причин.

Война - дело молодых,

Лекарство против морщин.

Красная, красная кровь -

Через час уже просто земля,

Через два на ней цветы и трава,

Через три она снова жива

И согрета лучами Звезды

По имени Солнце...

И мы знаем, что так было всегда,

Что Судьбою больше любим,

Кто живет по законам другим

И кому умирать молодым.

Он не помнит слово "да" и слово "нет",

Он не помнит ни чинов, ни имен.

И способен дотянуться до звезд,

Не считая, что это сон,

И упасть, опаленным Звездой

По имени Солнце...

Весь текст - сплошная метафора. Этот прием является главным в творчестве поэта. Солнце олицетворяет Истину, реальную жизнь, то, что скрыто от человека.

Первое и второе предложения - грустный образ современного мира, представленный в виде контраста «черного» и «серого» цветов. Здесь автором отвергается традиционный контраст черно-белого видения, и он смещает его в пользу «черного». Надо заметить, что это один из любимых цветов поэта. «Облака» и «желтый дым» во второй части первой строфы - это и есть та ложь, которой живет страна, то, что закрывает ее от «Солнца». Фраза «Городу две тысячи лет» говорит о глобальности идеи автора. Понятно, что речь идет о целом мире, всей цивилизации от Рождества Христова.

Вторая строфа возвращает нас к теме духовной войны - войны человека с самим собой, войны добра со злом, справедливости с ложью. Ее точка отсчета совпадает с появлением новой эры («И две тысячи лет война»), что означает естественность и необратимость данного явления. А предложение, включающее в себя образ «красной-красной крови», заявляет о том, что положительного исхода «сражения» можно добиться лишь в случае кровопролития.

Третья строфа раскрывает образ» живущего по законам другим» - это тот, кто ищет свой собственный путь, соответствующий его принципам; это - бунтарь, человек, недовольный ложным образом жизни, протестующий против всего, что вызывает сомнение. Он обречен на раннюю смерть («И кому умирать молодым»). Герой сумел достичь в своей жизни той отметки, границы, за которой скрывается реальность; он приблизился к Солнцу, но не смог выдержать его слепящей энергии и погиб. Как не вспомнить здесь известную русскую пословицу «Правда глаза колет»!? Только в нашем случае Истина, которая вероятнее всего так и должна оставаться скрытой, привела к куда более страшным последствиям.

Добраться до источника света и тепла возможно лишь умея летать. В метафоричном значении «летать» - это высоко мыслить, думать философскими отрезками; соответственно, мысли в этом случае являются крыльями.

Итак, жизнь в понимании Цоя представляет собой серую сказку, ложное существование. Она и является тем «потерянным», «обманутым» поколением, которое никогда не видело «Солнца», но догадывалось о нем. Кто-то продолжает жить по заданной системе. А те, кто отправляются в путь на поиски Правды, нещадно уничтожаются тем же самым светилом. И хотя они прожили очень мало на этой земле, их миссия беспредельно велика: они упорно продолжают идти вперед, и чем ближе они к цели, тем больше им известно о жизни. Виктор Цой сам был человеком, «живущим по законам другим», он умел «летать», и благодаря ему многие другие люди тоже этому научились. И он ушел от нас, исполнив свою миссию: он увидел это Солнце и рассказал нам о нем.

Другая, не менее известная песня отражает социальную составляющую «потерянного» поколения и повествует о политической системе страны. Это песня - «Троллейбус»:

Мое место слева, и я должен там сесть,

Не пойму, почему мне так холодно здесь,

Я не знаком с соседом, хоть мы вместе уж год.

И мы тонем, хотя каждый знает, где брод.

И каждый с надеждой глядит в потолок

Троллейбуса, который идет на восток.

Троллейбуса, который идет на восток.

Троллейбуса, который...

Все люди - братья, мы - седьмая вода,

И мы едем, не знаю, зачем и куда.

Мой сосед не может, он хочет уйти,

Но он не может уйти, он не знает пути,

И вот мы гадаем, какой может быть прок

В троллейбусе, который идет на восток.

В кабине нет шофера, но троллейбус идет,

И мотор заржавел, но мы едем вперед,

Мы сидим не дыша, смотрим туда,

Где на долю секунды показалась звезда,

Мы молчим, но мы знаем, нам в этом помог,

Троллейбус, который идет на восток.

Почти весь текст песни состоит из символов, образов. Главный символ - троллейбус - воплощает в себе политическую основу государства, которая постоянно куда-то движется, но движение это запутано и бесцельно. Героя песни она явно не устраивает, так же, как и его «соседа» - другого гражданина, представляющего целый народ. В тексте прослеживается непонимание направленности деятельности правительства («И мы едем, не знаю, зачем и куда»). Но никто не может справиться с управлением этой политической машины, хотя все знают, как («И мы тонем, хотя каждый знает, где брод»). Возможно, причиной тому является нежелание приходить к каким-то радикальным мерам (революции, например). Уйти от этой системы (т.е. покинуть страну) крайне сложно («Мой сосед не может, он хочет уйти, но он не может уйти, он не знает пути»). Во времена Цоя выезд за границу обычным гражданам был закрыт.

В третьей строфе, которая представляет собой одно целое предложение, повествуется о том, что даже без шофера и при плохом двигателе троллейбус продолжает идти вперед. Это значит, что со слабой руководящей идеей («мотор») и при отсутствии человека, который способен контролировать всю программу («шофер»), аппарат власти продолжает держать в своих руках народ, как бы парадоксально это не звучало.

Фраза «мы молчим, но мы знаем, нам в этом помог троллейбус, который идет на восток», говорит о том, что большинство людей, запуганные правительством, слабо сопротивляются всей системе, бездействуют, о чем жалеет автор. Слово «помог» здесь использовано в ироничном значении. Автор намекает на такую политическую уловку, как «затыкание ртов» путём не совсем гуманных мер.

Образ машины, представляющей собой целое поколение, которое едет «не знаю, зачем и куда», встречается в прозаическом произведении автора того же времени, Виктора Пелевина. Это повесть «Желтая стрела». Вот цитата из книги: «Весь этот мир - попавшая в тебя желтая стрела. Желтая стрела, поезд, на котором ты едешь к разрушенному мосту». Надо заметить, что сам писатель очень часто обращается к теме «потерянного» поколения, как и Виктор Цой. Так, за ним числится знаменитый роман, принесший ему известность, «Поколение П», который можно истолковывать совершенно с разных сторон.

И, наконец, третьей песней Цоя, на которую хотелось бы обратить внимание, стала «Хочу Перемен».

Вместо тепла - зелень стекла,

Вместо огня - дым,

Из сетки календаря выхвачен день.

Красное солнце сгорает дотла,

День догорает с ним,

На пылающий город падает тень.

Припев: Перемен! - требуют наши сердца.

Перемен! - требуют наши глаза.

В нашем смехе и в наших слезах,

И в пульсации вен:

"Перемен!

Мы ждем перемен!"

Электрический свет продолжает наш день,

И коробка от спичек пуста,

Но на кухне синим цветком горит газ.

Сигареты в руках, чай на столе - эта схема проста,

И больше нет ничего, все находится в нас.

Припев: =/=

Мы не можем похвастаться мудростью глаз

И умелыми жестами рук,

Нам не нужно все это, чтобы друг друга понять.

Сигареты в руках, чай на столе - так замыкается круг,

И вдруг нам становится страшно что-то менять.

Припев: =/=

Эта революционно-притязательная песня, наверное, лучше всех отразила требования и ожидания поколения Цоя, вместив в одной незамысловатой фразе «Перемен! Мы ждем перемен!». Но люди, которые желают изменений, скорее всего, не готовы к действиям. Они всё еще «греются» дешёвым горячим вином («Вместо тепла - зелень стекла») и впустую прожигают свой день («Из сетки календаря выхвачен день»). Это поколение можно назвать пассивным, потому что оно бездействует, но в их сердцах есть желание и вера о том, что вскоре всё будет иначе.

Автор, в который раз заявляет о том, что его народ простой («Мы не можем похвастаться мудростью глаз и умелыми жестами рук»), у него многого нет, но даже «сигареты в руках» и «чая на столе» ему достаточно для жизни, - «И больше нет ничего, все находится в нас».

Эти три песни, конечно же, не ограничивают огромный список тех, которые отражают рассматриваемую тему. Всего творческое наследие Виктора Цоя насчитывает более трехсот песен, не считая стихотворений, которые не вошли ни в один альбом или сборник. В дополнении ко всему, в творческом арсенале музыканта присутствует и прозаические произведения, напоминающие по жанру лирическую миниатюру.

Субъективный анализ данных текстов не стоит рассматривать как нечто устойчивое. Наверное, каждый человек видит в них что-то свое. Но как бы не расходились эти мнения, главная мысль, суть у всех будет одна.